burevestn1k (burevestn1k) wrote,
burevestn1k
burevestn1k

Category:

"Власовская" диссертация Александрова - часть 2



Продолжаем разбор диссертации историка Александрова. В первой части мы обратили внимание на то, как автор пытается представить коллаборационистов в СССР, как нечто исключительное, и убедились, что Александров явно перегибает с драматизмом.

Дальше этот историк переходит от фактов к описанию советской реальности – так, как он ее себе представляет.

Александров:
«Драма Первой мировой войны и революции открыла для российского общества эпоху массового насилия, продолжавшуюся почти сорок лет».

Позвольте спросить, а до этого не было массового насилия? Была тихая поляна с лебедями?
Не было кровавого воскресения – с расстрелом мирной демонстрации в 1905 году?
Не было столыпинских военно-полевых судов с целью усмирить бунтующую крестьянскую общину (более тысячи смертных приговоров).
Не было Ленского расстрела мирной забастовки рабочих на Ленских приисках 1912 года?
Не было насильственного разгона рабочих демонстраций казаками, сопровождавшимися жестоким избиением людей?
Не было ответных террористических актов со стороны эсеров и народников?
Не было каторги, не было десятков тысяч политических заключенных и ссыльных в Сибири и других местах?

Александров:
«Победа большевиков в 1919–1922 годах над Белыми армиями и повстанцами не привела к социальному миру».

Тут господин Александров просто капитан очевидность. Мировой опыт и история показывает, что когда дело доходит до революции, социальный мир в принципе устанавливается не скоро – только после того, как закончится начатая революцией коренная перестройка общества и элиты. Это долгий процесс - не год, и не два, пока все уляжется и успокоится.

Александров:
«В 1927–1932 годах при очередном натиске на деревню власть спровоцировала новый виток крестьянского сопротивления, и посттравматический синдром общественного противостояния приобрел еще более жестокий характер, разделяя соотечественников и отчуждая их друг от друга».

Тут автор пытается представить дело так, будто шло последовательное противостояние власти и крестьян. В реальности, происходила та самая перестройка общества. Проблемы начались у тех, чей образ жизни не соответствовал стандартам социализма. Например, кулак – это вовсе не зажиточный крестьянин и прекрасный хозяин, как считают некоторые не очень грамотные люди. Кулак – это крестьянин, который использует наемный труд других крестьян (батраков). Как правило, использует очень дешевую рабочую силу разорившихся крестьян – тех кто «шел по миру». А кулаков соответственно прозвали «мироедами», причем задолго до революции. В СССР подобные отношения считались эксплуатацией и были запрещены.

Но кулаки составляли около 3-4% от общего числа крестьянских хозяйств. Подавляющее большинство от коллективизации (механизации) села только выиграли (см. статью Колхозы и колхозники – часть 2: коллективизация).

Александров:
«Внушение представлений о непрестанной борьбе с врагами, государственное принуждение и террор, уничтожение Церкви, резкое сужение частного пространства, отмена прав собственности и неприкосновенности личности, ликвидация оппозиции и гибель миллионов в ходе социалистического строительства неотвратимо вели к обесцениванию человеческой жизни».

«государственное принуждение и террор» - Принуждение и террор были начаты еще за много лет до революции.

«уничтожение Церкви» - если бы Александров сказал «борьба с церковью» - я бы не возражал, но «уничтожение»? Это что за язык для человека, претендующего на звание историка? Отношения советской власти и церкви были сложные, но ни в какой период их нельзя охарактеризовать словом "уничтожение". Я уже писал о том, что: в период 1917-1924 при живом Ленине практически на всех съездах, где поднимался этот вопрос, большевики постоянно остужают горячие головы, осуждают перегибы на местах, запрещают коммунистам оскорблять чувства верующих, запрещают использовать административный ресурс, чтобы закрывать церкви. После Ленина всякое бывало. Но  ведь было и сергианство, было и значительное послабления Церкви, сделанное Сталиным в 40-ые годы.

«гибель миллионов в ходе социалистического строительства». Всем антисвоетчикам непременно хочется миллионов жертв. На меньшее они никак не согласны. Господин Александров считает, что подобной патетике место в научной работе? Что это за «миллионы» и от чего они умерли?

Александров:
«За период с 1930 по первое полугодие 1941 года в результате сталинской политики в СССР погибли более 8,5 млн человек, в первую очередь во время коллективизации и искусственного голода, а общее число заключенных и трудпоселенцев в системе ГУЛАГа к 1941 году превысило 3,3 млн человек».

Во-первых, цифра 8,5 миллионов, как и из чего посчитана? Почему она приводится в научной работе без обоснования?

Во-вторых, «искусственный голод»? Я могу понять, когда эту ерунду пишут малограмотные антисоветчики. Но этот вроде с претензией на историческое образование. С каких пор в российской историографии голод 30-х годов назвали «искусственным»? И как могли Петербургские ученые этот момент пропустить? Они вообще это читали? Или там такой научный совет собирался, где ненависть ко всему советскому зашкаливает настолько, что история, как наука, уже не играет никакой роли?

В-третьих, 3,3 миллиона заключенных и трудпоселенцев. Чтобы произвести больший эффект, господин Александров мешает всех в одну кучу. На а мы эту кучу немного разгребем.

Согласно исследованиям доктора исторических наук Виктора Земскова, 1 января 1941 года в лагерях находилось 1 500 524
из них по политическим статьям 420 293 (28.7%)
в трудовых колониях – 429 205
Всего – 1 929 729.

Итак, подавляющее большинство из 1,9 миллионов заключенных составляют сидельцы по уголовным, а не политическим статьям.

(см. статью «ГУЛАГ (историко-социологический аспект)» , таблицу 1).

Далее, спецпоселенцы. Про них у Земскова тоже есть статья: «СПЕЦПОСЕЛЕНЦЫ (по документации НКВД — МВД СССР)»

В основном, это бывшие кулаки, отселенные жить в определенную местность, и не имеющие права ее покидать. Это не тюрьма, и не ГУЛАГ. В отдельных местах спецпоселенцы жили поначалу в очень тяжелых условиях, что приводило к высокой смертности. Но в целом, через некоторое время проблемы решались. Спецпоселенцы были поражены в правах, но в гораздо меньшей степени, чем заключенные тюрем или лагерей. Они жили с семьями, могли выбирать работу и т.д. Советской власти главное было, чтобы этот контингент находился под надзором.

Ссылаясь на данные архивов, Виктор Земсков оценивает количество спецпоселенцев на начло 1941 года цифрой 930 221 человек. Итого, если сложить две цифры: заключенных и спецпереселенцев, то получим 2 859 950, что почти на 15% меньше цифры, названной Александровым.

Я еще раз спрашиваю: Александров – это историк, претендующий на ученую степень? Или небрежный студент, который как хочет, так и обращается с цифрами? 15% разницы – это очень серьезно.

Но и тут надо добавить еще один нюанс. Я сказал, что большую часть спецпоселенцев составляли кулаки. Но были и другие категории. Например, «польские осадники» и польские беженцы.

Земсков:
«В 1940 г. появился новый большой контингент спецпоселенцев под названием «Польские осадники и беженцы». Осадники — это переселенцы из Польши, в основном бывшие военнослужащие польской армии, отличившиеся в польско-советской войне 1920 г. и получившие в 20-х -30-х годах землю в районах, заселенных украинцами и белорусами. Кроме того, они выполняли определенные полицейские функции в отношении местного населения. После того, как в 1939 г. Западная Украина и Западная Белоруссия вошли в состав СССР, польские осадники были объявлены «злейшими врагами трудового народа» v выселены с семьями в Сибирь, Казахстан. Поволжье, Урал, Европейский Север СССР».

По сути, осадники были захватчиками и полицаями на оккупированной Польшей территории.  По статистике, которую приводит Земсков, численность «польских осадников» в спецпоселениях - 134 491. Еще 76 068 поляков были объявлены беженцами. Они тоже жили в спецпоселениях, но в достаточно мягких условиях – ведь они не считались врагами советской власти.

Еще один любопытный факт:

Земсков:
«В первый период Великой Отечественной войны депортированные в 1940—1941 гг. из западных областей поляки были освобождены из спецпоселения. На их основе на территории СССР были сформированы две польские армии».

Т.е. мы видим, что ради того, чтобы драматизировать вокруг цифры в 3 миллиона Александров намешал в одну кучу уголовников и политических, польских осадников и беженцев. Т.е. имеет место попытка раздуть масштабы именно политических репрессий в сталинское время и их влияния на советское общество. Зафиксируем это и двинемся дальше.

Продолжение следует.
Tags: Власов, СССР
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 70 comments